ВИДЯЩАЯ ПРИРОДА1 – ЭТО УМ
Истинный ум – это то же самое, что нирвана, природа Будды, осознающая природа, пустотная природа, Дхармакайя, праджня, истинная таковость, Татхагатагарбха, истинный человек без места. Есть много разных обозначений, каждое из которых главным образом выявляет те или иные состояния, свойства и способности. Например, говоря “нирвана”, мы описываем состояние, которое не подвержено рождению и угасанию. Выражения “осознающая природа” и “природа Будды” указывают на способность видеть, слышать, ощущать и сознавать (见闻觉知). “Пустотная природа” – это состояние, в котором нет ни единой вещи. Называя это “праджней”, мы выявляем способность к преодолению двойственности2. Применяя термин “Дхармакайя”, указываем на свойство распространяться везде и повсюду. Это свойство раскрывается в таких выражениях, как “Дхармакайя не имеет пределов” или “для Дхармакайи нет ни образа, ни отсутствия образа”.
В Шурангама-сутре Будда, описывая истинный ум, дает десять его характеристик:
- видящая природа – это ум;
- видящая природа неподвижна;
- видящая природа не подвержена угасанию;
- видящая природа не теряется;
- видящая природа ничем не обусловлена;
- видящая природа не смешивается;
- видящая природа не знает препятствий;
- видящая природа не проводит различий;
- видящая природа превосходит чувства;
- видящая природа превосходит видение.
Видящая природа – это ум, а не глаза – такова первая из характеристик истинного ума.
Обычные люди в основном полагают, что способностью видеть наделены глаза, а ум расположен в теле. Например, вы сейчас читаете этот текст глазами, не так ли? А звуки, которые слышите, воспринимаете ушами? С позиций обыденного опыта нам привычно принимать наше тело за точку отсчёта и считать, что мы смотрим «наружу» с помощью глаз, и все явления находятся снаружи относительно глаз, тела, ума.
С научной точки зрения, формы, воспринимаемые глазами, это изображения, возникающие в результате того, что свет посредством зрительных нервов передаётся в зрительный центр мозга. То же и с воспринимаемым на слух: эта информация посредством слуховых нервов передается в слуховой центр мозга, в результате чего возникает звук. Все прочие явления, воспринимаемые другими органами чувств, также формируют различные знаки или символы как результат взаимодействия нервной системы и соответствующих центров головного мозга. Из-за того, что пять органов восприятия являются частью тела, обычные люди ощущают, что они противопоставлены [всему остальному воспринимаемому] окружающему миру. Только во сне, когда мы перестаем ощущать свое тело, исчезает и чувство, будто ум находится в нем. То же происходит и во время практики Чань на этапах объединения тела и ума (身心統一) или внешнего и внутреннего (内外合一), поскольку телесные ощущения при этом исчезают.
Хотя пять органов чувств (五种感官) – глаза, уши, нос, язык, тело (как орган тактильного восприятия) – находятся в теле, они все же не более, чем инструмент. Ум, который воспринимает, «выглядывая» наружу посредством этих пяти органов, возникает и исчезает в связи с возникновением и исчезновением объектов, то есть это ум, подверженный рождению и угасанию (生滅), ограниченный ум. Его называют сознающим или воспринимающим умом (識心), иллюзорным умом (妄心), умом, цепляющимся за объекты (攀缘心).
Этот привыкший цепляться, сознающий ум хватается [как за реально существующие] не только за внешние объекты. Обращаясь внутрь, он также приходит в движение и колеблется, соприкасаясь с ощущениями, переживаниями и идеями, хранящимися в нашей памяти. Это продолжается и днём, и ночью, во снах, и не прекращается даже после смерти. Поэтому в Шурангама-сутре говорится о двух основополагающих заблуждениях, приводящих к безначальному и бесконечному круговороту рождений-смертей живых существ:
первое состоит в том, что цепляющийся за объекты ум принимается за «я»;
второе – в отсутствии понимания, что этот цепляющийся ум есть не что иное, как ошибочное или иллюзорное применение ума истинного.
Так, иллюзорное движение единственной мысли порождает неведение (無明), из которого разворачиваются остальные звенья двенадцатизвенной цепи взаимозависимого возникновения (十二因缘).
Истинный же ум – это не просто название. Истинный ум способен соотноситься с нашим непосредственным жизненным опытом. Истинный ум – это тот самый ум, который сейчас читает эти слова! Он может соотноситься с нашей реализуемой каждое мгновение способностью видеть, слышать, ощущать и сознавать (見聞覺知), то есть воспринимать. Когда эта способность оказывается в глазах, это называется «видеть»; в ушах – «слышать»; в носу – «нюхать»; в языке – «чувствовать вкус», «говорить»; в руках – «складывать ладони», «держать кисть»; в ногах – бегать, ходить; в сознании (意識) – «размышлять», «вспоминать».
Состояние, когда отсутствует верное представление об истинном уме и за него принимается сознающий ум, описывают слова чаньского Наставника Чанша Цзинцэна (長沙景岑):
«Подвижник истину никак не осознает,
Пока свой дух “осознающим” чает:
Что изначально лишь в сансару вовлекает,
Глупец сей “изначальным” величает!»3
Истинный ум никогда не рождался и не угасал. Мы же, используя этот не подверженный рождению и угасанию истинный ум, выбираем [применять]те его способности, что подвержены рождению и угасанию. Под воздействием искаженных представлений (颠倒見), будто последующая мысль может коснуться предыдущей4, мы непрерывно воспроизводим образец цепляния одной мыслью за другую, последующей за предыдущую. Мы ошибочно полагаем, что есть некое вечное и неизменное «я», которое движется сквозь время и пространство, и создаем двойственность ума и объектов, непрерывную смену воспринимающего и воспринимаемого. В сутрах это называется «плыть по волнам жизней и смертей» (流浪生死).
Но даже и этот цепляющийся за объекты умне выходит за пределы ума истинного: это всего лишь его ошибочное или иллюзорное применение, которое никогда не сможет привести изначальную природу истинного ума в состояние двойственности (субъект-объектного восприятия能所).
Привязанности или цепляния
Чаньские мастера частенько напоминают практикующим о том, что “не надо ни к чему привязываться”. Фраза “не надо цепляться” не сходит с уст последователей Чань. Но что это значит “привязанность” или “цепляние”? Как [привести принцип“не цепляться”] в соответствие с практикой?
В китайском языке слово 执著чжичжо“привязанность, цепляние”, как правило, указывает на ситуацию, когда человек настаивает на собственном мнении и не готов к уступкам. Если человек не воспринимает чужие советы, не соглашается[с другими], о нем говорят: “Он чрезвычайно执著чжичжо”. В буддизме же под执著чжичжо подразумевается состояние, когда тело принимается за “я”, то есть цепляние за пять скандх, как за [реально существующее]“я”.
Например, у вас в руках миллион долларов. С такой [ценностью] людям, как правило, ни за что не расстаться. Но если вам приставят нож к горлу и пригрозят: “Кошелек или жизнь!”, – большинство предпочтет отказаться от денег, потому что жизнь дороже. Вот когда тревога минует, и жизни больше ничто не будет угрожать, вы, возможно, захотите вернуть и деньги: лучше бы, разумеется, сохранить и жизнь, и кошелек.
Обычно бывает так, что, обеспечив себе выживание, люди, затем начинают стремиться к комфорту, всеми силами добиваясь его и отвергая то, что причиняет неудобства. Например, если во время практики медитации в сидении у нас болит нога, мы хотим ее выпрямить. Нам не удается заметить, что боль в ноге – это просто феномен. Мы полагаем, что есть некое самостоятельное, отдельное “я”, которое с ощущений дыхания перескакивает на ощущение боли в ноге, затем переходит в желание выпрямить ногу – и так с огромной скоростью перемещается между контактом, ощущением, оценкой, желанием и действием (触受爱取有) – пятью из фрагментов двенадцатизвенной цепи взаимозависимого возникновения. Совершенно очевидно, что есть только воспринимаемые феномены, возникающие и исчезающие, но мы тем не менее считаем, что есть “я”, несущееся сквозь время и пространство.
Кроме того в процессе практики Чань люди нередко сталкиваются с детскими воспоминаниями о суровом или жестоком обращении родителей. Эти воспоминания вызывают очень сильные чувства, люди полностью теряют самообладание. Один человек никак не мог представить себе, что будет выполнять благодарственные простирания своим родителям, потому что перед глазами его стояло удручающее, полностью лишившее его веры в себя воспоминание о том, как они стыдили и позорили его. Таких примеров, когда люди, попав в плен воспоминаний, начинают испытывать сожаления, тревогу, страх, сомнения, очень много. Мы не осознаем причину, а она в том, что мы принимаем за “я” пять скандх и разделяем на “я” и “другое”.
Если мы достойно поступаем, говорим и думаем, но при этом не понимаем, что такое цепляние или привязанность, мы будем просто избегать дурного и стремиться к хорошему. Наши поступки, слова и мысли будут не более, чем благими деяниями на пути людей и небожителей (人天善法), ведь в них по-прежнему будет присутствовать “я”, которое что-то достойное делает, говорит или думает по отношению ко всему остальному – тому, что находится снаружи тела и ума. Если изучение буддизма ограничивается благими деяниями на пути людей и небожителей, направленными на обретение благополучия, богатства и спокойствия, это тоже будет привязанностью. Необходимо с уровня воздаяния в человеческой сфере подняться до уровня таких благих деяний, которые не будут запятнаны целеполаганием5 (无漏善法) благодаря осознанию пустотности трех аспектов даяния (三轮体空). Такова конечная цель.
Язык буддийского учения проявляет свою силу лишь тогда, когда соотносится с нашим жизненным опытом. Наша основополагающая привязанность состоит в том, что мы, цепляясь за пять скандх, принимаем их за реально существующее «я». Только распознав это, мы можем освободиться от бесчисленных омрачений, вызванных этим ошибочным восприятием.
- Комментарий Го Сина Фаши: Видящая природа (见性) – это природа ума или, иначе говоря,
воспринимающая природа. Словосочетание “видящая природа” используется конкретно в том случае, когда
надо прояснить соотношение природы ума и зрительных образов. Если бы речь шла о соотношении ее со
звуками, она называлась бы “слышащей природой”, с запахами – “обоняющей природой” и т.д. То есть речь
идет о том, что феномены видит / слышит / обоняет ум, а не глаза / уши / нос. Метафоры, приводимые в
Шурангама сутре, построены на примере именно зрительных образов.
В английском переводе книги для 见性 выбран эквивалент visual awareness. ↩︎ - Более буквально: способность к упразднению субъект-объектной [двойственности] / способность к снятию
[оппозиции] субъекта и объекта ↩︎ - Строфы приводятся в переводе Дениса Палецкого ↩︎
- 后念碰得到前年 – образ, с помощью которого Го Син Фаши часто описывает сущностную ошибку восприятия, присущего обычным людям. Мы полагаем, что в то мгновение, когда в уме возникает вторая мысль, первая мысль все еще существует – и эти две мысли могут “встретиться”, следующая может коснуться предыдущей. В этой ошибке коренится разделение на субъект и объект: мы полагаем, например, что “я” пью “кофе”, тогда как в действительности и “я”, и “пью”, и “кофе” – это мысли истинного ума. В
каждое мгновение “есть” только одна мысль, которая и не является истинным умом, и в то же время неотделима от него. – прим.переводчика ↩︎ - букв. благие деяния без истечений ↩︎